Триптих

А еще, однажды, Вячеслав Лукич отправился по длинному коридору за похлебкой. Да вместо оной увидал за три секунды всю жизнь свою непутевую и свет в конце. Развернулся, вернулся. С пустыми руками, но целыми. Маленькое это приключение вошло в отчет «Внезапные отвлечения от работы» и вызвало повышенный аппетит потом уже, дома. За ужином.

И все-таки, Вячеслав Лукич, не запомнил как следует тот случай! Назавтра он снова отправился по длинному коридору за похлебкой и вот, что с ним приключилось:

Снова вся жизнь за считанные мгновения, снова свет в конце… только теперь он не развернулся, вернулся, а ничто же сумяшеся двинулся дальше. Так что же? Прошел свет, вспомнил всю жизнь, что впереди ожидалась (в считанные мгновения), взял свою порцию в одноразовой посудине и вернулся в кантору.

…В отчет ничего из этого не вошло, поскольку тут же забылось.

Но история, всё же, получила своё разрешение. Нет, Вячеслав Лукич никогда не помнил по возвращении жизни, мелькавшей за считанные мгновения. Но он (!) запомнил, что это вообще происходит – мелькания. Со временем он стал использовать этот эффект для вспоминания различных заупрямившихся выйти на авансцену ума вещей. Нужно, скажем, слово из четырёх букв, означающее думательный орган – он шасть в коридор: нате – «мозг»… Но вот однажды звонила жена, просила купить всего к вечеру. Чего – запамятовал, как водится. Пошел в коридор вспомнить, да отчего-то уже не вернулся. Во всяком случае в свою кантору.

Коллеги пождали-пождали, да и оприходовали похлёбку…